Препараты группы ГПП-1: Метаболическая революция в современной медицине
Научные материалы Sacred Leaves
Что такое агонисты рецепторов ГПП-1?
Глюкагоноподобный пептид-1 (ГПП-1) — гормон, вырабатываемый в кишечнике в ответ на приём пищи. Он стимулирует выброс инсулина поджелудочной железой, подавляет секрецию глюкагона (повышающего уровень сахара в крови), замедляет опорожнение желудка и, что принципиально важно, воздействует на гипоталамус, снижая аппетит и формируя чувство сытости. Агонисты рецепторов ГПП-1 (аГПП-1) — это препараты, созданные для имитации и усиления эффектов данного гормона, при этом обладающие значительно более длительным периодом полувыведения, чем естественный гормон.Два препарата, определившие развитие данного класса в современную эпоху, — семаглутид (Ozempic/Wegovy, Novo Nordisk) и тирзепатид (Mounjaro/Zepbound, Eli Lilly). Семаглутид является чистым агонистом рецепторов ГПП-1, тогда как тирзепатид представляет собой двойной агонист, одновременно воздействующий на рецепторы ГПП-1 и ГИП (глюкозозависимый инсулинотропный полипептид), обеспечивая синергетический метаболический эффект за счёт параллельной активации двух гормональных путей в головном мозге, жировых клетках и клетках поджелудочной железы.
Эффективность снижения массы тела: данные клинических исследований
Клиническая доказательная база применения аГПП-1 при ожирении в настоящее время является одной из наиболее весомых в истории фармацевтики:
Лираглутид (3 мг/сут): ~5% снижения массы тела с поправкой на плацебо · Одобрен FDA в 2014 г.
Семаглутид 2,4 мг (1 раз/нед): ~12% снижения МТ с поправкой на плацебо · 50,5% участников потеряли ≥15% исходной МТ
Тирзепатид 15 мг (1 раз/нед): ~18% снижения МТ с поправкой на плацебо · 56,7% потеряли ≥20% МТ · 36% — ≥25%
Систематический обзор Cochrane 2025 года, подготовленный по запросу ВОЗ для формирования глобальных рекомендаций по лечению ожирения, подтвердил клинически значимое снижение массы тела при применении всех трёх препаратов в течение 12–24 месяцев. Тирзепатид обеспечил снижение массы тела приблизительно на 16% за 12–18 месяцев, семаглутид — примерно на 11% за 24–68 недель. В декабре
2025 года FDA одобрило пероральную форму семаглутида, демонстрирующую среднее снижение массы тела около 13,7% за 64 недели — практически сопоставимое с инъекционной формой.
За пределами снижения веса: расширение доказательной базы
Наиболее значимым с научной точки зрения аспектом исследований аГПП-1 в 2025 году является накопление данных о преимуществах, выходящих далеко за рамки контроля гликемии и снижения массы тела.
Кардиопротективный эффект
Знаковое сравнительное исследование 2025 года, проведённое Mass General Brigham и опубликованное в журнале Nature Medicine (представлено на научных сессиях Американской кардиологической ассоциации), включало данные почти миллиона пациентов. Семаглутид снизил риск инсульта и инфаркта миокарда на 18% по сравнению с ситаглиптином. Тирзепатид уменьшил риск инсульта, инфаркта и смерти на 13%. В сентябре 2025 года ЕМА одобрило семаглутид в качестве первого препарата для снижения риска инсульта, что основано на данных исследования SOUL фазы 3 (около 10 000 пациентов).
Синдром обструктивного апноэ сна
В историческом решении FDA одобрило тирзепатид (Zepbound) в качестве первого препарата для лечения обструктивного апноэ сна (ОАС). В клинических исследованиях фазы 3 тирзепатид снизил индекс апноэ-гипопноэ на 23,8 эпизодов в час по сравнению с плацебо, что объясняется уменьшением жировых отложений в области верхних дыхательных путей, включая язык.
Заболевания печени (МАСЛ/НАЖБП)
Оба препарата продемонстрировали значительное уменьшение стеатоза печени и маркеров воспаления у пациентов с метаболически ассоциированной стеатотической болезнью печени (МАСБП/МАСЛ) — состоянием, для которого практически не существует эффективных фармакологических методов лечения.
Неврологические нарушения
Исследования 2025 года выявили рецепторы ГПП-1 в системе вознаграждения головного мозга. Изучается применение аГПП-1 при депрессии, болезни Паркинсона и болезни Альцгеймера. В рамках исследования OxSENSE изучается влияние семаглутида на когнитивные функции, обработку информации о вознаграждении и нейровоспаление.
Важные ограничения и соображения безопасности
Препараты группы аГПП-1 имеют ряд ограничений, которые активно изучаются научным сообществом:
▸ Нежелательные явления со стороны ЖКТ (тошнота, диарея, рвота, запор) — у 20–40% пациентов, как правило, лёгкой или умеренной степени, дозозависимые
▸ Потеря мышечной массы: 25–45% от общей потери веса может приходиться на тощую массу тела, что особенно важно для пожилых пациентов
▸ Восстановление веса: прекращение терапии приводит к существенному возврату массы тела; согласно реальным данным, только 14% пациентов продолжают приём Wegovy спустя 3 года
▸ Редкие нежелательные явления: расстройства желчного пузыря, редкие случаи панкреатита
▸ Исследование Nature 2026 года на основе данных 27 885 участников выявило генетические варианты в генах GLP1R и GIPR, связанные как с эффективностью препаратов, так и с частотой нежелательных явлений, — указывая на перспективы персонализированного подхода в будущем
Будущее: тройные агонисты и следующее поколение препаратов
Исследования уже направлены за рамки двойного агонизма. Ретатрутид — тройной агонист рецепторов ГПП-1, ГИП и глюкагона — демонстрирует ещё более выраженное снижение массы тела в ранних клинических исследованиях. На конференции UAB 2025 года были представлены данные о пятирецепторном агонисте, теоретически воздействующем на несколько метаболических путей одновременно.
Литература
[1] Krüger N et al. Cardiovascular outcomes of semaglutide and tirzepatide for patients with type 2
diabetes in clinical practice. Nature Medicine. 2025. doi:10.1038/s41591-025-04102-x
[2] Guo H et al. Comparative efficacy and safety of GLP-1 receptor agonists for weight reduction. Obes
Pillars. 2025;13:100162.
[3] Lincoff AM et al. Semaglutide and Cardiovascular Outcomes in Obesity without Diabetes. NEJM.
2023;389:2221-2232.
[4] Jastreboff AM et al. Tirzepatide Once Weekly for the Treatment of Obesity. NEJM. 2022;387:205-216.
[5] Rodriguez PJ et al. Semaglutide vs tirzepatide for weight loss. JAMA Internal Medicine.
2024;184:1056–1064.
[6] Nature (2026). Genetic predictors of GLP1 receptor agonist weight loss and side effects.
doi:10.1038/s41586-026-10330-z
Онкология: Новые рубежи — достижения исследований 2025 года
Научные материалы Sacred Leaves
Состояние онкологии в 2025 году
Онкологические исследования 2025 года определяются конвергенцией трёх трансформирующих сил: окончательным утверждением иммунотерапии в качестве стандарта лечения при многих типах злокачественных опухолей; стремительным развитием конъюгатов антител с лекарственными препаратами (ADC), доставляющих химиотерапевтические агенты непосредственно к опухолевым клеткам, минимизируя повреждение здоровых тканей; и углублением принципов прецизионной медицины — подбора лечения в соответствии с конкретным молекулярным профилем опухоли
каждого пациента.
Иммунотерапия: утверждение в качестве стандарта лечения
Ингибиторы иммунных контрольных точек — препараты, снимающие торможение способности иммунной системы распознавать и уничтожать раковые клетки — стали основой лечения рака лёгкого, почки, мочевого пузыря, головы и шеи, а также меланомы. В 2025 году доказательная база значительно расширилась. Долгосрочные данные исследований KEYNOTE и CheckMate подтвердили 5-летние показатели выживаемости 15–30% у пациентов с распространённым НМРЛ на фоне терапии пембролизумабом — результат, немыслимый при монохимиотерапии.
Неоадъювантная иммунотерапия — применение иммунотерапии до операции для уменьшения размеров опухоли и стимуляции иммунного ответа — стала ключевой клинической стратегией в 2025 году, демонстрируя полный патологический ответ у 35–60% пациентов при ряде солидных опухолей.
Конъюгаты антитело–препарат (ADC): прицельная химиотерапия
ADC представляют собой одно из наиболее значимых достижений онкологии за последние годы. Это инженерные молекулы, состоящие из моноклонального антитела, направленного против специфического белка опухолевой клетки, связанного с мощной химиотерапевтической «боеголовкой». В 2025 году применение ADC расширилось на множество типов опухолей:
▸ Трастузумаб дерукстекан (T-DXd / Enhertu) — продемонстрировал преимущество в выживаемости при HER2-позитивном раке молочной железы, желудка и лёгкого
▸ Сацитузумаб говитекан (Trodelvy) в комбинации с пембролизумабом — в исследовании ASCENT-04 снизил риск прогрессирования или смерти на 35% по сравнению с химиотерапией плюс пембролизумаб при трижды негативном РМЖ
▸ Датopotamab дерукстекан — стал первым ADC, продемонстрировавшим преимущество в общей выживаемости в 1-й линии лечения метастатического ТНРМЖ
Жидкостная биопсия: революция в диагностике рака
Циркулирующая опухолевая ДНК (цоДНК) — фрагменты ДНК, выделяемые опухолевыми клетками в кровоток, — трансформирует онкологию от диагностики до мониторинга лечения. В 2025 году ведущие онкологические конференции представили цоДНК-направленное лечение в режиме реального времени: жидкостная биопсия позволяет выявить резистентность к терапии за несколько недель до рентгенологического прогрессирования, что даёт возможность своевременно скорректировать лечение до наступления клинического ухудшения. Исследование января 2026 года показало, что скрининг на РМЖ, основанный на стратификации риска (с учётом генетики, истории болезни и образа жизни), снижает частоту диагностики на распространённых стадиях.
CAR-T-клеточная терапия: от гематологии к солидным опухолям
Терапия Т-клетками с химерным антигенным рецептором (CAR-T) произвела революцию при гематологических злокачественных опухолях (лейкозах, лимфомах, миеломе), обеспечивая полные ремиссии у пациентов, исчерпавших все прочие возможности лечения. Рубежом 2025 года стал переход к солидным опухолям. Ранние клинические данные испытаний с нацеливанием на мезотелин, GD2, HER2 и ПСМА при солидных опухолях демонстрируют обнадёживающую активность при раке лёгкого, яичника и опухолях головного мозга.
Ингибиторы PARP: расширение таргетной терапии
Ингибиторы PARP — препараты, использующие неспособность раковых клеток с мутацией BRCA восстанавливать повреждения ДНК, — расширили показания от рака яичника и молочной железы до рака предстательной железы и поджелудочной железы. Олапариб в комбинации с абиратероном снизил риск прогрессирования или смерти на 76% по сравнению с монотерапией абиратероном при метастатическом КРРПЖ с мутацией BRCA.
Доказательная база профилактики рака
При всех достижениях терапии, профилактика остаётся наиболее мощным инструментом. Доказательства эффективности модификации образа жизни для снижения риска неопровержимы:
▸ Отказ от курения остаётся наиболее действенной мерой профилактики рака — курение является причиной 85% случаев рака лёгкого и значимо связано ещё с 15 типами злокачественных опухолей
▸ Поддержание здоровой массы тела: ожирение является установленной причиной 13 типов рака
▸ Физическая активность: 30 и более минут умеренной нагрузки ежедневно снижает риск рака толстой кишки, молочной железы и эндометрия на 20–30%
▸ Ограничение потребления алкоголя: алкоголь является канцерогеном группы 1, связанным с 7 типами рака
▸ Скрининг: регулярные маммография, колоноскопия, цитологическое исследование шейки матки и определение ПСА значительно снижают онкологическую смертность
▸ Вакцинация против ВПЧ и гепатита В: профилактика вирусных инфекций, вызывающих рак шейки матки и рак печени соответственно
Литература
[1] Cortés J et al. Pembrolizumab plus Chemotherapy in Triple-Negative Breast Cancer. NEJM.
2022;387:217-226.Sacred Leaves · Серия медицинских научных статей · sacredleaves.globalSacred Leaves Private Limited · Только в информационных целях | Стр. 7[2] Modi S et al. Trastuzumab Deruxtecan in Previously Treated HER2-Positive Breast Cancer. NEJM.
2022;386:610-621.
[3] Schmid P et al. ASCENT-04: Sacituzumab govitecan plus pembrolizumab in advanced TNBC. ASCO
2025.
[4] Breast Cancer Research Foundation. 5 Breast Cancer Breakthroughs from 2025. bcrf.org, январь
2026.
[5] Wild CP, Weiderpass E, Stewart BW (eds). World Cancer Report. IARC Press, 2020.
Гепатиты B и C: Новые данные и путь к функциональному излечению
Научные материалы Sacred Leaves
Глобальное бремя вирусных гепатитов
Вирусные гепатиты остаются одной из ведущих предотвратимых причин смерти в мире. Вирусом гепатита В (ВГВ) хронически инфицировано более 254 миллионов человек; ежегодно от цирроза печени и гепатоцеллюлярной карциномы погибает около 900 000 человек. Вирусом гепатита С (ВГС) инфицировано примерно 58 миллионов человек, что в 2019 году стало причиной 290 000 смертей.
Хорошая новость состоит в том, что оба заболевания в настоящее время достигли ключевой точки перелома в лечении: гепатит С фактически излечим в клиническом смысле, тогда как исследования гепатита В в 2025 году принесли прорывные результаты, приближающие достижение подлинного функционального излечения как никогда прежде.
Гепатит С: вирус, который теперь можно вылечить
Создание препаратов прямого противовирусного действия (ПППД) представляет собой одно из величайших достижений в истории медицины инфекционных заболеваний. Менее чем за десятилетие лечение ВГС-инфекции трансформировалось от годичных плохо переносимых режимов на основе интерферона (частота устойчивого вирусологического ответа 40–50%, тяжёлые нежелательные явления) до 8–12-недельных пероральных режимов с частотой излечения, превышающей 95%.
В июне 2025 года FDA расширило показания к применению
глекапревира/пибрентасвира (Mavyret), сделав его первым и единственным ПППД, одобренным для лечения острой ВГС-инфекции: курс составляет 8 недель при частоте излечения 96% (исследование фазы 3 M20-350). Это значимый рубеж, поскольку раннее лечение острой ВГС-инфекции предотвращает её переход в хроническую форму и развитие повреждения печени.
ВОЗ установила целевой показатель по элиминации ВГС как угрозы общественному здравоохранению к 2030 году. Согласно прогнозным расчётам, это позволит предотвратить 15,1 миллиона новых случаев инфицирования и 1,5 миллиона смертей. Канадские исследователи в 2025 году продемонстрировали, что успешное лечение и излечение ВГС-инфекции приносит системные преимущества, выходящие далеко за рамки здоровья печени: у излечённых пациентов значительно снижался риск заболеваний почек, сердечно-сосудистых событий, инсульта и нейрокогнитивных нарушений.
Гепатит В: революция функционального излечения
В отличие от ВГС, элиминация ВГВ представляет собой значительно более сложную задачу. Нынешний стандарт лечения — нуклеозидные/нуклеотидные аналоги (НА), в частности тенофовир и энтекавир, — эффективно подавляет вирусную репликацию и снижает риск цирроза и рака печени, однако не уничтожает вирус. Это связано с тем, что ВГВ формирует стабильный резервуар ковалентно замкнутой кольцевой ДНК (кзкДНК) в инфицированных гепатоцитах, сохраняющийся неопределённо долго и недоступный для действия современных НА.
Функциональное излечение — определяемое как устойчивая потеря поверхностного антигена гепатита В (HBsAg) и неопределяемые уровни ДНК ВГВ в течение не менее 24 недель после завершения конечного курса терапии — является современной клинической целью. На фоне терапии НА функциональное излечение достигается лишь приблизительно у 1% пациентов.
2025 год: прорывные достижения в лечении гепатита В
▸ РНК-интерференция (РНКи): препараты серии JNJ-3989 достигли снижения HBsAg более чем на 1 lg МЕ/мл у 98% пациентов в клинических испытаниях фазы 2. AB-729 и VIR-2218 продемонстрировали аналогично выраженное снижение HBsAg
▸ Бепировирсен (GSK): в январе 2026 года компания GSK объявила о положительных результатах клинических испытаний фазы 3 (B-Well 1 и B-Well 2). Испытания достигли первичной конечной точки, продемонстрировав статистически значимую и клинически значимую частоту функционального излечения, достоверно превышающую таковую при стандарте лечения. Препарат получил обозначение Прорывной терапии от FDA, аналогичный статус в Китае и обозначение SENKU в Японии
▸ Терапевтическая вакцина TherVacB: в июне 2025 года в клиническое испытание был включён первый пациент. В предшествующем исследовании у здоровых добровольцев вакцина продемонстрировала благоприятный профиль безопасности и индуцировала желаемые иммунные ответы. BRII-179 в комбинации с сиРНК элебсираном — у 40% пациентов в фазе 2 выработались антитела анти-HBs
Руководство EASL 2025: новая парадигма лечения
Рекомендации EASL 2025 года, опубликованные в августе 2025 года, ознаменовали принципиальный сдвиг в направлении персонализированной, конечной, биомаркерно-ориентированной терапии хронического гепатита В с целевым показателем функционального излечения в виде устойчивой потери HBsAg. Новые биомаркеры — количественный HBsAg (кHBsAg), HBcrAg и РНК ВГВ — интегрированы в алгоритмы лечения. Приблизительно 20–30% тщательно отобранных пациентов без цирроза HBeAg-отрицательных, могут достичь устойчивого контроля после отмены НА.
Литература
[1] Toma D et al. Hepatitis C Virus: Epidemiological Challenges and Global Strategies for Elimination.
Viruses. 2025;17(8):1069.
[2] GSK Press Release. B-Well 1 and B-Well 2 Phase III Trials for Bepirovirsen. gsk.com, январь 2026.
[3] Liu T, Wang H et al. Drug development for chronic hepatitis B functional cure. World J Hepatol.
2025;17(4):105797.
[4] Willner IR et al. Chronic hepatitis B in 2025: diagnosis, treatment and future directions.
PMC12681808. 2025.
[5] Roth D et al. Treatment options to support the elimination of hepatitis C. The Lancet. 2025.
doi:10.1016/S0140-6736(25)00097-2.
Болезнь Альцгеймера: Знаковые прорывы 2025 года
Научные материалы Sacred Leaves
Болезнь Альцгеймера в цифрах
Болезнь Альцгеймера (БА) является наиболее частой причиной деменции, составляя 60–70% от 55 миллионов человек, страдающих деменцией во всём мире. Это прогрессирующее нейродегенеративное заболевание, характеризующееся накоплением в головном мозге бляшек амилоида-бета (Аβ) и нейрофибриллярных клубков тау-белка, что ведёт к гибели нейронов, когнитивному снижению и в конечном счёте к потере самостоятельности. БА поражает около 10% людей старше 65 лет и почти 50% лиц старше 85 лет.
На протяжении более трёх десятилетий каждая попытка создать болезнь- модифицирующую терапию БА — лечение, воздействующее на лежащую в основе биологию, а не лишь управляющее симптомами, — оканчивалась неудачей. Это изменилось в период 2023–2025 годов, когда FDA одобрило первые в истории препараты, действительно замедляющие прогрессирование болезни Альцгеймера.
Амилоидная гипотеза: окончательное подтверждение
Доминирующей гипотезой в исследованиях БА является «амилоидный каскад» — представление о том, что токсическое накопление амилоид-бета-белка в головном мозге запускает каскад, ведущий к образованию клубков тау-белка, нейровоспалению и гибели нейронов. Одобрение леканемаба и донанемаба подтвердило амилоидную гипотезу: оба препарата удаляют амилоид из мозга — и оба замедляют когнитивное снижение.
Леканемаб (Leqembi): первый одобренный болезнь-модифицирующий препарат
Леканемаб получил традиционное одобрение FDA в июле 2023 года и одобрение EMA в конце 2024 года. Это гуманизированное моноклональное антитело, направленное против агрегированных растворимых протофибрилл амилоида-бета — наиболее нейротоксичной формы амилоида.
В ключевом исследовании CLARITY-AD фазы 3 (18 месяцев, двойное слепое, плацебо-контролируемое) леканемаб замедлил когнитивное снижение на 27% по шкале CDR-SB и обеспечил снижение амилоидной нагрузки на 59 сентилоидов по данным ПЭТ. Другими словами, пациенты, получавшие леканемаб, сохраняли более высокий когнитивный уровень дополнительно более 5 месяцев по сравнению с группой плацебо. В августе 2025 года FDA одобрило еженедельное подкожное введение леканемаба с помощью автоинжектора для поддерживающей терапии — пациенты получили возможность самостоятельно вводить препарат дома. Препарат одобрен в 51 стране мире.
Донанемаб (Kisunla): конечный курс лечения
Донанемаб получил одобрение FDA в июле 2024 года. Исследование TRAILBLAZER-ALZ 2 фазы 3 (76 недель) показало, что донанемаб замедлил прогрессирование заболевания на 29% по сравнению с плацебо. Принципиальной особенностью препарата является возможность приостановки или отмены лечения после достижения достаточного клиренса амилоида по данным ПЭТ. Долгосрочные данные исследования AAIC 2025 подтвердили, что у пациентов, начавших лечение на ранней стадии, клинически значимая эффективность сохранялась на протяжении 3 лет, при этом у более 75% был достигнут клиренс амилоида в течение 76 недель.
Нежелательные явления: проблема ARIA
Оба препарата сопряжены с риском амилоид-ассоциированных отклонений при визуализации (ARIA) — отёка мозга (ARIA-E) и микрогеморрагий (ARIA-H), выявляемых у 21–37% пациентов и протекающих тяжело или с симптоматикой у 2–3%.
Риск повышен у носителей аллели APOE-ε4. Оба препарата противопоказаны пациентам, получающим антикоагулянты. Необходим регулярный МРТ-мониторинг.
Перспективы дальнейших исследований
Оба препарата замедляют, но не останавливают прогрессирование заболевания — примерно на 25–30% за 18 месяцев. Следующий рубеж — параллельное воздействие на патологию тау-белка в сочетании с антиамилоидной терапией. Препараты против тау-белка, в том числе эталанетуг (E2814, Eisai), проходят клинические испытания фазы 3. Профилактические исследования (AHEAD study, TRAILBLAZER-ALZ 3) тестируют антиамилоидные препараты у когнитивно сохранных людей с повышенным уровнем амилоида — с надеждой предотвратить БА до появления симптомов. По состоянию на конференцию CTAD 2025 года в мире активно проводится 182 клинических испытания 138 препаратов — крупнейший за всю историю клинический портфель в области БА.
Литература
[1] van Dyck CH et al. Lecanemab in Early Alzheimer's Disease (CLARITY-AD). NEJM. 2023;388:9-21.
[2] Sims JR et al. Donanemab in Early Symptomatic Alzheimer Disease: TRAILBLAZER-ALZ 2. JAMA.
2023;330(6):512-527.
[3] Wang H et al. Re-evaluation of anti-Aβ monoclonal antibodies in early AD. Front Pharmacol.
2025;16:1599048.
[4] ALZ-NET. New results from TRAILBLAZER-ALZ 2 long-term extension. alz-net.org, август 2025.
[5] Alzheimer's Research UK. CTAD 2025: Six highlights from the latest clinical trials. декабрь 2025.
[6] Loera-Valencia R et al. Anti-Amyloid Therapies for Alzheimer's. PMC12524931. 2025.
